Семь печатей


Паисий_3

Величайшую духовную силу имеют чистые помыслы от каждого подвига — поста, бдения и других, для тех, кто подвизается, чтобы сохранить свою душевную и телесную чистоту (Святогорец Паисий).

Духу нужен чистый помысел, пишет Святогорец Паисий. Следовательно, сам поступок какой бы он не был благородный и наполненный душевным смыслом для Духа является всего лишь холостым выстрелом.

Но большинство людей, делая добро или совершая молитвы всё равно думают о себе любимых. Тем самым загрязняя помысел. В результате этого люди принимают своё душевное удовлетворение за благодать от Духа Святого. Почему так?

Потому что человек, который привязан к себе помыслами — эгоист, по определению эгоизма. Но и человек, который привязан помыслами к внешнему миру — тоже эгоист. Потому что внешний мир человека это и есть отражение его внутреннего мира. Чистые помыслы это помыслы не привязанные ни к себе, ни к миру.

Нужно признать, что внутренний и внешний миры сознания человека, и не едины, и не различны. По сути, у человека нет двух миров его сознания, и в то же время они существуют. Иоанн Богослов в Откровении пишет:

И видел я в деснице у Сидящего на престоле книгу, написанную внутри и отвне, запечатанную семью печатями. И никто не мог, ни на небе, ни на земле, ни под землею, раскрыть сию книгу, ни посмотреть в нее.

О какой книге в Откровении идёт речь? О книге сознания Человека, которую даже сидящий на престоле прочесть не может. Потому что написана она «внутри и отвне». И нет той власти, у которой есть сила читать написанное внутри и отвне. Прочесть эту книгу может только человек, когда снимет семь печатей со своего сознания. До тех пор пока печати на месте, мы можем понять только смысл того письма, которым пишут «внутри и отвне». Что же это за письмо такое?

Написано внутри и отвне. На чём можно так писать? Причём писать не так, чтобы сначала с одной стороны, а потом с другой, а сразу, и внутри и отвне. Так писать можно только на том, что не имеет толщины, на плоскости. Только на плоскости можно писать на двух сторонах сразу.

Речь идёт не о плоском листе бумаги, а именно о плоскости, которая по определению имеет две стороны, причём между этими сторонами ничего нет. В этом смысле две стороны плоскости, и не едины, и не различны — так же как и внешний и внутренний миры нашего сознания.

Вот же, парадокс получается. На плоскости невозможно писать только на одной стороне. Но читать написанное можно с двух сторон. Причём, написанное с разных сторон при чтении не будет ни чем отличаться, но не будет и единым.

У лукоморья дуб зеленый;
Златая цепь на дубе том:
И днем и ночью кот ученый
Всё ходит по цепи кругом;
Идет направо — песнь заводит,
Налево — сказку говорит.

Почему я вспомнил Пушкина? Потому что он писал о чтении написанного «внутри и отвне». То песня, то сказка. Так будет если читать написанное на плоскости. С одной стороны плоскости мы читаем текст слева на право, а перевернув плоскость, читаем тот же текст, но с права на лево.

Воистину, кот у Пушкина учёный. Он умел читать ту книгу, что Иоанн видел «в деснице у Сидящего на престоле». Во всяком случае кот умел читать на истотном языке.

Истотный язык — это тот язык, который и позволяет писать на плоскости. Это язык из слов которого построен мир, построено и сознание человека. Это изначальный язык вечности. Теперь от этого языка остались осколки. Мы часто замечаем, что некоторые слова при прочтении с лева на право и с права налево имеют различный смысл, но дополняют друг друга одной и той же глубинной сутью.

Истотный язык забыт нами до снятия семи печатей с сознания человека. Что же это за семь печатей? И почему они весят на нас тяжёлым бременем? И почему их не снял с нашего сознания Иисус?

Запись от: 25.03.2016 г.

Запись опубликована в рубрике Все записи, Для души. Добавьте в закладки постоянную ссылку.